Продолжаем начатый в № 30 рассказ о том, как не приспособленная к приёму тысяч туристов коммунальная инфраструктура грозит погубить для будущих поколений жемчужину Байкала – остров Ольхон.
Ольхон входит в границы Прибайкальского национального парка. Потому многие считают эту землю заповедной, но юридически всё не так однозначно. Во-первых, в самом национальном парке имеются зоны разной степени охранения. Во-вторых, земли населённых пунктов вовсе выведены из состава парка. Чиновники же действуют исходя из логики, закреплённой в документах, отчего результат их работы порой создаёт ощущение абсурда.
Мусорный ветер
Так, странная ситуация сложилась на острове с вывозом мусора: на Ольхоне не нашлось места полигону для захоронения бытовых отходов. Это в принципе логично, если считать сохранение природной среды приоритетом. При этом близ Хужира (крупнейший на острове населённый пункт) есть площадка для временного хранения мусора. Мусор на неё свозят с декабря по май. За это время образуются горы отходов, которые затем начинают мало-помалу разбирать. Здесь стоит уточнить, что на Байкале случаются сильные ветры, в особенности весной. Ветер разносит мусор с площадки по окрестностям.
Весной в Сеть попало видео, снятое гидом Александрой Александровой, она утверждала, что мусор разлетелся на полтора километра! После этого прокуратура подала иск к Ольхонской районной администрации с требованием убрать мусор, также главе района было внесено представление об устранении нарушений закона. Но чиновники выкрутились: мол, зимой паромы на материк не ходят, а для ледовой переправы мусоровозы слишком тяжелы, потому мусор вывозится лишь в месяцы судоходной навигации. Спрашивается, что мешало провести конкурс на вывоз мусора зимой? Пусть бы кто-то вывозил отходы хоть на санях, запряжённых собаками, но дело бы делалось. Однако, похоже, что об альтернативе региональному мусорному оператору – компании РТ-НЭО – никто всерьёз не задумывался.
К организации временной свалки для мусора тоже есть вопросы. Ей явно не хватает защиты от ветра. Кстати, если уж вводить в стране ограничения на оборот пластиковых пакетов и внедрять раздельный сбор мусора, то начинать стоит с Ольхона. Судя по публикациям в Сети, несколько лет назад волонтёры начали действовать в этом направлении, их поддержал национальный парк, были поставлены контейнеры для раздельного сбора отходов. Но сегодня в Хужире ничего такого не видно, а фотографии свалки говорят сами за себя.
Между тем образование мусора на острове явно надо ограничивать. Потому что даже легальный полигон для захоронения мусора, предназначенный для обслуживания Ольхонского района, уже почти забит до краёв. Его сдали в 2011 году с прицелом на 25 лет работы, но в 2021-м он был заполнен уже на 70%. Если поток туристов станет больше, полигон быстро переполнится.
Жидкое безобразие
Особая беда Ольхона – утилизация жидких отходов. Пока даже федеральный проект, предусматривающий строительство очистных сооружений в бассейне Байкала, здесь бессилен. Дело в том, что сброс любых стоков непосредственно в Байкал сейчас запрещён. Очистные сооружения материковых городов направляют стоки в реки, которые потом идут в Байкал – такая практика считается более щадящей для озера. На Ольхоне же рек нет, отчего нет ни канализации, ни очистных. По идее, местные должны собирать жидкие отходы в герметичные ёмкости, а затем вывозить их на материк. Но насколько сливные ямы во дворах герметичны, пойди проверь. А рыхлый грунт Ольхона может впитать очень много.
Да, на острове заметны ассенизаторские машины, но вот всегда ли они довозят нечистоты до материка? Этот вопрос возник у меня не на пустом месте. Прогуливаясь возле Хужирского мыса (место необычайной красоты!), я обнаружил на пологом песчаном берегу подозрительную лужицу. Она попахивала вовсе не байкальской водой, и в ней бурно росли водоросли. Такие же водоросли были и в самом Байкале, на прилегающем к луже берегу на протяжении около десятка метров.
Здесь следует пояснить, что вообще песчаные пляжи Ольхона свободны от водорослей, они покрыты чистейшим песком с кусочками слюды и потому имеют особый цвет, который вряд ли может передать фотография. Странная лужа и водоросли на общем фоне выглядят как пусть и небольшой, но всё же очаг экологического бедствия. И это – рядом с большой дорогой, на виду у туристов. Что же происходит в более укромных уголках острова?
На официальном портале Иркутской области приводятся такие цифры: в туристический сезон на Ольхоне объём жидких отходов доходит до 200 кубометров в сутки, в зимний – до 40. Но данные разнятся. По версии работающих с отходами компаний, один только Хужир летом даёт 400 кубов жидких нечистот. Всё это должны вывозить ассенизаторские машины через паромную переправу. Сколько фактически вывозится и что происходит, когда переправа не работает (а не работает она, как было сказано выше, несколько месяцев в году), остаётся только догадываться.
Нет технологий
О необходимости построить на острове очистные говорится уже не один год. Однако этой весной власти региона фактически признались, что ждать их появления в ближайшее время не стоит. Иркутская область не может выбрать технологию очистки сточных вод для острова Ольхон из-за жёстких требований федерального законодательства по охране озера Байкал, сообщила пресс-служба областного правительства со ссылкой на губернатора Игоря Кобзева. Учитывая, что заявление прозвучало на слушаниях в Госдуме, власти региона, судя по всему, намерены продавливать смягчение природоохранных норм в отношении Байкала.
В то же время надо вспомнить, что в апреле президент поручил правительству «обеспечить установление запрета на сброс неочищенных сточных вод в озеро Байкал и требований, предусматривающих создание необходимой инфраструктуры для обработки, обезвреживания и утилизации отходов производства и потребления, соблюдение которых обязательно при строительстве и эксплуатации объектов туристской индустрии в центральной экологической зоне Байкальской природной территории». Срок исполнения – до 1 сентября 2024 года.
Получается, что в считанные дни вопрос должен быть решён. Вариантов его решения видится всего два. Либо срочно придумать революционную технологию очистки стоков, либо опустить планку экологической безопасности и начать строить на Ольхоне очистные, как везде. Впрочем, здесь нельзя не вспомнить пример Волги, когда на федеральные миллиарды регионы понастроили очистные сооружения, которые фактически мало что очищают (недавно об этом писала в цикле «В мутной воде»).
Судя по всему, решения нужны нестандартные. Возможно, речь должна идти о локальных очистных сооружениях, а не о центральных. Но на таких проектах крупные подрядчики не смогут освоить миллиарды. Не потому ли решение вопроса буксует во властных коридорах?
Кстати
